?

Log in

Черчилль об американской конституции и президентстве - За хлеб и вольность!

Jan. 31st, 2017

10:04 am - Черчилль об американской конституции и президентстве

Previous Entry Share Next Entry

МИРОВОЙ КРИЗИС 1911 – 1918. Уинстон С. Черчилль
Переведено Crusoe (crusoe.livejournal.com), 2005 – 2010г, с издания: ―The World Crisis, 1911-1918‖ (Paperback) by Winston Churchill (Author), Martin Gilbert (Introduction). Free Press, Published by Simon & Shuster New York

Строгая конституция Соединѐнных Штатов, гигантские размах и сила партийной машинерии, жѐсткий отбор депутатов и государственных служащих наделяют президента Америки огромной, автократической властью; никто из довоенных лидеров великих стран не пользовался такими же правами. Обширная страна, природное разнообразие мест обитания, огромное население из всяких людских типов со многими интересами, поощрение инициативы и индивидуализма в законах пятидесяти суверенных штатов – всѐ это затрудняет фокусировку общественного мнения и даѐт федеральному правительству изумительную свободу рук между жѐстко установленной череды выборных кампаний. Немногие из современных Кабинетов столь же независимы от партийного мнения и, следовательно, от избирателей; мало где сам глава исполнительной власти – правитель и, одновременно, лидер партии – в такой же мере независим от них.

Воцарение по праву наследования короля или императора случается примерно раз в четверть столетия, а это немалый срок; добавим, что принц живѐт публичной жизнью и до трона. У подданных есть время изучить способности и намерения монарха, партиям и классам зачастую удаѐтся провозгласить и применить на практике меры и контрмеры против персональных проявлений правителя. В конституционных монархиях обязанности власти возложены на премьер-министра. Народ, как правило, склонен выбирать на этот пост государственного чиновника, живущего обычной, открытой жизнью; более того, электорат отдаѐт предпочтение персонам с долгим сроком службы в органах законодательной власти и опытом постоянных, публичных отчѐтов о своей деятельности. Но в Соединѐнных Штатах давнему, профессиональному политику нелегко – если вообще возможно – пробиться к президентскому креслу; тому препятствуют размах и характер американских выборов. С течением лет, руководители партий всѐ более склоняются к иным кандидатам – известным гражданам с высокими персональными добродетелями и достоинствами, но без серьѐзного политического и административного опыта. На таком кандидате не лежат клеймы общественной неприязни, прошлых ошибок - обычные последствия долгой политической и административной деятельности, агрессивной и нервной. Зачастую победителя, будущего избранника десятков миллионов граждан с их идеалами и энтузиазмом отбирают среди людей, вовсе несведущих во внутренних делах государства и, в должный момент, запускают в блистательные выси. Закалѐнные в усобицах партийные ветераны со скверной репутацией останавливаются – после многих и яростных внутренних схваток – на фигуре невинной и почтенной по самой высшей мерке партийных стандартов. Они верстают кандидату программу, прокладывают политический курс и – при успехе выборной баталии – оставляют его на четыре года у рычагов государственной машины, с самой сильной на всѐм земном шаре исполнительной властью в руках.

Вышесказанное, как и любое краткое обобщение сложного предмета, допускает множество примечательных исключений. Но президент Вильсон исключением не был. Все его силы и слабости, все его доблести и страхи оставались – несмотря на долгую академическую карьеру и краткое губернаторство – неведомой и немеряной величиной для могущественного народа, сделавшего выбор в 1912 году. Более того, он был загадкой и для всего мира. Воздавая Вильсону должное, не будет преувеличением сказать: в страшные времена Армагеддона, едва ли ни одни только ум и воля американского президента побудили Соединѐнные Штаты к действию со всем воспоследовавшим откликом для мировой истории; он, лично и непосредственно, повлиял на судьбы народов мира куда как сильнее прочих.

В этом свете особенно занимательны записки полковника Хауса – книга, открывшая нам персону президента. Здесь Вудро Вильсон, непроницаемый и непредсказуемый вершитель мировых дел, от слов которого зависели миллионы людских судеб, выставлен образцовым мыслителем – человеком семейного очага, простым и бережливым, наподобие Николая II. Он был затворник для всех, кроме друзей и близких сотрудников из числа выдающихся конгрессменов (да и последние могли достучаться до него далеко не всегда). Он управлял страной «постоянно обращаясь к основным принципам» американской конституции и его администрация кажется мягким, не закалѐнным в горнах и под молотами общественного мнения инструментом.

Первое и главное: от начала, всегда, и до конца Вильсон оставался человеком партии. Великое политическое объединение, поднявшее Вильсона на высокий пост, пользовалось его безусловной преданностью. По искреннему убеждению президента, процветание родной партии замечательно помогало всему человечеству. В дни наивысшего накала военных усилий, когда страна без оглядки на партии и классы готова была отдать правительству всѐ без остатка, Вильсон, в полной душевной гармонии, использовал положение президента чтобы повлиять на выборы и пропустить в Конгресс одних только представителей из списка демократов. При его режиме, вспышки межпартийных склок - причины многих бед воюющей Европы - ничуть не меняли курса Америки. В военные времена, меняющаяся череда министерских чинов и партийные функционеры в огромной степени сосредоточили власть, авторитет всего американского народа в своих офисах. Отсюда пошла ненависть – люди другой партии были не меньшими патриотами, жертвовали деньгами не скупее властных начальников, сыновья политических оппонентов сражались бок о бок, в одних боях – и ненависть эта обернулась крахом для Вильсона и всех его надежд. Помимо партийного членства, президент был добрым гражданином, учѐным либералом, искренним противником насилия и жестокостей войны. И эта гармоничная личность оказалась брошена в средоточие ударов европейского несчастья, докатившегося через Атлантику, во все внутренние распри американской политики. Вильсону пришлось справиться с четырьмя вопросами – они приходили один за другим и требовали всех его сил душевных. Как удержать Соединѐнные Штаты от войны? Как выиграть выборы 1916 года? Как помочь союзникам победить? Каким правилам должен следовать послевоенный мир?

This entry was originally posted at http://taki-net.dreamwidth.org/2508452.html. Please comment there using OpenID.

Comments:

From:jozhin
Date:January 31st, 2017 08:08 am (UTC)
(Link)
Интересно. У Сонина когда-то в качестве одной из двух существенных проблем Клинтон упоминалось ее слишком долгое присутствие в политике на федеральном уровне. Судя по Черчиллю, проблема и в его время существовала.
И еще интересно. Хоть где-то есть простенькое описание "на пальцах" - что на практике Трамп в сосотоянии учудить, какова свобода маневра чисто технически. Общие рассуждения я видел, например, у Милова. Но про указы в стиле последнего не видел нигде.
(Reply) (Thread)